[громкие дела]

Александр Медведько

Удивительные приключения коррумпированного законника.

Украинская прокуратура под властью «донецких» надолго запомнилась своими заказными уголовными делами, стряпавшимися для запугивания, вымогательства и рейдерских захватов. Однако возглавлявший её в 2005-2010 годах Александр Медведько специализировался как раз на обратном, пишет в интернет-издании SKELET-info Сергей Варис. Он отмазывал от уголовной ответственности коррупционеров, воров и убийц, включая своих родственников, а также затягивал и «хоронил» самые громкие и резонансные дела: убийства Гонгадзе и Александрова, странные самоубийства Кирпы и Кравченко, отравление Ющенко и гибель Кушнарева. Этим Медведько угождал сразу нескольким политическим силам одновременно, быстро сменяющим друг друга у власти.

Первые дела

Медведько Александр Иванович родился 25 июля 1955 года в селе Искровка Акимовского района Запорожской области. Его родители Иван Федорович и Лидия Илларионовна Медведько там не задержались (или вообще лишь недолго проработали в колхозе по распределению), поскольку вскоре их семья перебралась в промышленный город Дружковка Донецкой области, где поселилась в частном доме на улице Львовской (район Горняк). Там и вырос их сын Александр, оттуда пошел в армию, в Дружковке же он и начинал свою прокурорскую карьеру. В Дружковке был похоронен Иван Федорович, могилу которого в 2009 году сломали малолетние гопники.

Вот только Александр Медведько всякую информацию о своей родне тщательно скрывает, да и о своем прошлом говорит крайне неохотно, или же рассказывает какие-то небылицы, путает собственную биографию. Например, он помалкивал о том, в каких же войсках он служил, и почему сразу после дембеля он поступил в юридический. Соседи Медведько поговаривали, что погоны у «Сашки» были малинового цвета, а подробностями своей службы он не хвастался, поскольку в районе жило немало ранее судимых, да и молодежь Горняка тяготела к криминальной романтике. Так что, не задерживаясь долго дома, он отправился учиться в Харьковский юридический институт. После окончания которого в 1980-м году вернулся в Дружковку и начал работать следователем городской прокуратуры. Но вот что интересно: однажды Медведько решил поделиться с журналистами воспоминаниями о своем первом деле, и рассказал увлекательную историю, начавшуюся со слов «начинал следователем прокуратуры города Константиновки…». Позвольте, какая еще Константиновка — ведь согласно его официальной биографии, Медведько начинал работу в Дружковке, а в Константиновку перевелся лишь через много лет?! Выходило, что генпрокурор либо врал, либо что-то недоговаривал.

1

Итак, проработав в прокуратуре Дружковки до 1992 года, Александр Медведько получил свое первое серьезное повышение: должность городского прокурора Константиновки. Тогда же, в начале 90-х, в Константиновке стремительно поднималась родня Павла Борулько, которого часто называют племянником Александра Медведько. Однако по информации SKELET-info, родственницей Медведько является не Павел Борулько, а его супруга Алла Кузьмина. А некоторые источники утверждают, что Алла Кузьмина лишь очень близкая подруга Галины Медведько, супруги прокурора. Свет на этот вопрос мог бы пролить сам Александр Медведько, но он воздерживался от любых комментариев на тему своих возможных родственных связей. Но его связи с семьей Борулько (и его бизнес-партнерами), четко обозначившиеся еще в 90-е годы, столь очевидны и близки, что иначе как родственными их не назвать.

В 90-х прокуратура Донецкой области, возглавляемая Геннадием Васильевым, Виктором Пшонкой и братьями Кузьмиными, породила собственную мафию, долгие годы ввергавшую в ужас многих украинцев вымогательством и «отжимом» бизнеса под угрозой состряпанных уголовных дел. Занимался ли этим и прокурор Константиновки Медведько? Пока что информации об этом нет, зато источники SKELET-info сообщают иное: уже в Константиновке Медведько «прославился» тем, что мог «под заказ» затормозить, повести по другому следу, положить по сукно или вовсе закрыть любое уголовное дело, даже самое громкое. А заказов у Медведько было очень много, ведь в 90-е Константиновка, как и весь Донбасс, и вся Украина, была охвачена криминальным беспределом: постоянно кого-то грабили, калечили, убивали, разворовывались деньги и госимущество, шла рейдерская приватизация, создавались теневые схемы. Так что прокуратура неплохо «зарабатывала» на том, что «отмазывала» от ответственности местных чиновников, бизнесменов и членов ОПГ. Вот так Александр Медведько и освоил свою прокурорскую коррупционную «специализацию», которая впоследствии помогла ему получить большие звезды на погоны.

Речь о громком и резонансном деле журналиста Игоря Александрова, убитого в июле 2001 года членами краматорской ОПГ «17-й участок». На тот момент Медведько уже два года как работал начальником Управления надсмотра за законностью оперативно-сыскной деятельности, дознания и досудебного следствия прокуратуры Донецкой области, подчиняясь тогдашнему областному прокурору Виктору Пшонке. Должность, позволявшая непосредственно влиять на ход любого дела, превратившаяся под задницей Медведько в очень хлебное место.

Нападение на Александрова произошло 3 июля 2001 года. Искалеченный битами, но еще живой, он был отправлен в реанимацию, а происшествие всколыхнуло украинскую общественность. Волна сразу докатилась до самого Киева (где у Александрова были свои друзья и покровители из числа оппозиционеров), и Кучма лично приказал как можно скорее предоставить народу виновных. Донецкая прокуратура и УМВД поняли это по-своему. Областной прокурор Виктор Пшонка направил в Славянск Александра Медведько, который лично надзирал за ходом дела. Как сообщали СМИ, с первого же дня Медведько застопорил следствие по горячим следам – которое, впрочем, местная милиция и не особо рьяно вела. Более того, первой инициативой Медведько было открытие дела по статье… хулиганские действия по мотивам мести. И лишь когда 7 июля Александров умер в больнице, дело переквалифицировали в убийство. Оно приняло еще больший резонанс, к нему привлекли более 800 сотрудников прокуратуры и милиции, из Киева прибыл следователь по особо важным делам Владимир Голик. И тогда, по информации ряда источников SKELET-info, именно Медведько предложил следователем быстро «раскрыть» дело, обвинив в убийстве какого-то бродягу или невменяемого. Местная милиция с радостью согласилась, и сразу же арестовала бомжа Юрия Вередюка. На этого беднягу, болевшего туберкулезом, и повесили убийство Александрова. Сообщалось, что киевский следователь Голик пытался, было, возразить, но Медведько заставил его замолчать, затем добился отстранения Голика от расследования.

Это было сделано, чтобы не только отмазать непосредственных исполнителей (членов ОПГ «17-й участок»), но прикрыть фамилии возможных заказчиков, среди которых называли семейство Близнюков, прокурорскую семью Пшонок, а также бизнесмена Александра Лещинского – тогда известного как «водочного короля Донбасса», а сегодня владеющего крупнейшим хлебным агрохолдингом «Lauffer». Лещинский вел против Александрова настоящую войну, и даже пытался через Донецкую прокуратуру запретить ему заниматься журналисткой деятельностью.

Сообщалось, что Медведько лично присутствовал на допросе Вередюка, что он лично засвидетельствовал его «признание» и счел правильными выводы следователей – в общем, дело было состряпано под его непосредственным надзором и уже готовилось к передаче в суд, как вдруг что-то пошло не как обычно, не как привыкла Донецкая прокуратура. Общественность и оппозиция в Киеве называли следствие фарсом, в СМИ были опубликованы новые факты, и фальсификаторы поняли, что находятся в шаге от громкого скандального краха. Из Киева в Славянск прибыл новый следователь Генпрокуратуры по особо важным делам Александр Калифицкий – впрочем, имевший еще более коррупционную репутацию, чем Медведько. Он принялся пересматривать дело – и несчастный Вередюк внезапно умер в камере, одновременно погибли двое свидетелей дела и работавший по нему сотрудник МВД Андрей Рябцев. Затем Калифицкий «разоблачает фальсификаторов», которыми были объявлены сотрудники Славянского УМВД, но при этом позволяет Александру Медведько «почистить дело» и вывести себя из-под удара. После чего Медведько вообще «сбежал» от греха подальше: в начале сентября 2001-го его перевели в Луганск, назначив заместителем областного проктора. Перевел лично генпрокурор Потебенько, выписав ему «на дорогу» и еще премию в размере месячного оклада «за достижение результатов в расследовании» (приказ Генпрокурора Потебенько от 10.09.2001г. №662-к).

Заметим, что будущая карьера самого Калифицкого тоже была весьма успешной: в 2011 году он стал прокурором Ивано-Франковской области. С первых же дней работы он вверг тамошних предпринимателей в шок своими «налогами» (начиная с 50 000$), внеся этим большую лепту в растущее недовольство «режимом донецких». А вот его сын Николай Калифицкий, после Майдана работавший в прокуратуре Львовской области, в 2017 году попался на «смешной» взятке в 12 тысяч гривен.

Интриги Гепрокуратуры

В июле 2002 года Верховная Рада проявила редкое единодушие, отдав 350 голосов за нового генерального прокурора Святослава Пискуна, чья кандидатура должна была устроить всех – и власть, и оппозицию. Но никто из голосующих и не подозревал, каким Труффальдино окажется новый генпрокурор. Он сразу же взялся за новое расследование дела Гонгадзе, что давно требовала от власти оппозиция, сделав из этого целое шоу: собирал журналистов, регулярно устраивал пресс-конференции с отчетами, толкал высокопарные речи, даже привлек пару «стрелочников», самым крупным из которых оказался генерал Пукач. Но за этой бурной имитацией не было никакого реального действия, она лишь уводила следствие от вопроса заказчиков убийства Гонгадзе, от фигур Кучмы и его окружения. Пискун оказался эдаким прокурором-Сусаниным, непревзойденным мастером заводить резонансные дела в безвыходные лабиринты и водить их там по кругу, причем делая всё это публично, открыто.

Ну а помогал ему в этом еще один такой мастер – Александр Медведько, который перебрался из Луганска в Генпрокуратуру еще за месяц до назначения Пискуна, в июне 2002-го. Его назначили на знакомую должность начальника Управления надзора за соблюдением законности над следственными органами, но уже в рамках всей Украины и в ранге одного из заместителей генерального прокурора Украины. Поговаривали, что в столицу его вытащил уходивший из Генпрокуратуры Потебенько, с которым Медведько был старым знакомым, и не только по делу Александрова. Таким образом, Медведько достался по наследству Пискуну, и он принимал непосредственное участие в имитации расследования убийства Гонгадзе.

Генпрокурорство Пискуна длилось недолго. Во-первых, он серьезно поссорился с Юлией Тимошенко, возобновив уголовные дела против её семьи (дело ЕЭСУ), и БЮТ в ярости требовал его отставки, ища любые предлоги. Во-вторых, с назначением премьер-министром Виктора Януковича «донецкие» активно продвигали на пост Генпрокурора своего человека – Геннадия Васильева. Было еще несколько причин, и в итоге в октябре 2003 года Леонид Кучма отправил Пискуна в отставку, заменив его на Васильева. А новый генпрокурор первым делом избавился от Александра Медведько. Это вызвало удивление: почему «донецкий» увольняет «донецкого», тем более что они буквально работали вместе в 90-х (городской прокурор Медведько прямо подчинялся областному прокурору Васильеву). Возможно, причиной было то, что потом Медведько слишком уж сработался с Потебенько и Пискуном, оторвавшись от своих «донецких корней». Полуофициальной же причиной была названа причастность Медведько к фальсификации дела Александрова – ведь как раз тогда усилиями оппозиции это дело стало одним из главных рычагов давления на «донецких».

Александр Иванович без дела не скучал: он тут же устроился начальником юридического отдела «Авиант» (авиационный завод «Антонов»), устроив там несколько финансовых афер. Одну из них он провел буквально под шум «оранжевой революции», переведя 26,6 миллионов гривен на четыре подставные фирмы — после чего исчезли и фирмы, и деньги. Возбужденное по этому поводу уголовное дело не имело шансов, ведь через несколько дней Медведько вновь восстановился в Генпрокуратуре.

Это произошло сразу после того, как расторопный Пискун восстановился в должности Генпрокурора через суд, а месте с ним вернулся и Александр Медведько – и уже никто не вспоминал ему дело Александрова. Оба начали усердно отрабатывать перед новой властью своё возвращение (дабы их не уволили снова), а потому они с энтузиазмом взялись за расследование обстоятельств смерти экс-министра транспорта Георгия Кирпы и бывшего министра внутренних дел Юрия Кравченко. Взялись, чтобы быстро их закрыть.

Дело Кирпы, обнаруженного 27 декабря 2004 мертвым у себя на даче, сначала открыли по статье «доведение до самоубийства», а уже в январе 2005 следствие остановилось на версии просто самоубийства, перестав расследовать возможные причины. Устами генпрокурора Пискуна и его заместителей Виктора Шокина и Александра Медведько, было заявлено, что найти какие-то доказательства подтверждения версии доведения до самоубийства невозможно. А вот дело о гибели Юрия Кравченко, якобы покончившего с собою 4 марта 2005 года у себя на даче, длилось почти год. Версия следствия о том, что Кравченко совершил самоубийство двумя выстрелами в голову, воспринималась общественностью как злая шутка. Тем не менее, расколотое надвое украинское общество тогда не смогло выработать единое отношение к этому «самоубийству», что позволило Генпрокуратуре 27 декабря 2005 года закрыть дело № 47-642 по факту смерти Кравченко, которое вел старший следователь по особо важным делам Любомир Вийтович, с формулировкой «за отсутствием события преступления». Источники SKELET-info сообщали, что в сведении обеих трагедий к банальному самоубийству большое усердие приложил Медведько, поскольку именно он должен был надзирать за законностью и объективностью следствия.

Интересно, что позже, в 2007 году, сомнение в самоубийстве Кирпы и Кравченко публично высказал Юрий Луценко. Более того, тогда Луценко заявил, что обладает некими доказательствами, позволяющими ему не верить в официальную версию Генпрокуратуры. Но когда через несколько месяцев он вновь стал министром внутренних дел, то он об этих доказательствах забыл. Не вспомнил Луценко о них и когда стал генеральным прокурором Украины.

2

Менее громким было дело о «самоубийстве» банкира Юрия Ляха (члена СДПУ (о), называвшегося кассиром Виктора Медведчука), найденного мертвым в своем киевском офисе рано утром 3 декабря 2004 года (в самый разгар Майдана). Хотя на шее обнаружили 8 (!) колото-резаных ран, дело закончилось «выводом» следствия о том, что Лях покончил с собою – и чуть позже Генпрокуратура эту версию подтвердила.

Одновременно Медведько работал и по «коммерческим заказам», то есть спасал от уголовной ответственности расхитителей, растратчиков, аферистов. Так, в мае 2005-го к нему обратился Александр Кириленко, пасынок украинского дипломата Андрея Кузьменко, представителя Украины в Совете Европы (в 2014-м указом Порошенко он был назначен временным поверенным Украины в Великобритании). Кириленко обвинялся по нескольким статьям УК (191, 209, 358), в том числе за нанесение государству ущерба на 800 тысяч гривен, и уже сушил сухари, как вдруг ему устроили «свидание» с Медведько. Вскоре Кириленко был арестован СБУ, но на допросе чуть ли не матом посылал следователей, заявляя, что уже «всё порешал наверху». Еще через несколько дней его дело затребовала к себе Генпрокуратура, а еще через несколько дней Кириленко вышел на свободу.

Тогда же СБУ с помощью «жучка» сумела поймать на получении взятки доверенного человека Медведько — заместителя начальника следственного управления Генпрокуратуры Вячеслава Рябенко (кстати, он курировал дело Кириленко). Как оказалось, Рябенко играл роль «кассира» Медведько, именно через него проходил все взятки и «откаты», что позволяло осторожному Медведько оставаться формально чистым перед законом. Когда Рябенко узнал о прослушке, он побежал к шефу плакаться в генеральскую жилетку, но тот его успокоил: мол, если дело и заведут, то всё равно оно потом окажется в Генпрокуратуре. Так и произошло: СБУ передала материала на Рябенко генпрокурору Пискуну, а тот их «потерял».

В 2005 году Генпрокуратура Украины «прославилась» и т.н. делом сепаратистов – подозреваемыми по которому проходили организаторы и наиболее несдержанные на язык ораторы первого Северодонецкого съезда местных советов. «Прославилась» тем, что никого из них так и не наказали. Даже Бориса Колесникова, которого вызвали в Генпрокуратуру по делу о съезде, а арестовали уже по делу «Белого Лебедя», - говорится в продолжении статьи.

Источники SKELET-info сообщали, что Медведько сумел «порешать» все обвинения по Северодонецкому съезду, так что регионалы не боялись ходить в Генпрокуратуру на «беседы». Однако по Колесникову якобы был получен «заказ» от Петра Порошенко, и принял его Виктор Шокин – который инициировал открытие против него нового дела по старому инциденту между Колесниковым и бывшим владельцем ТЦ «Белый Лебедь» Борисом Пенчуком. Опять же, спасением Колесникова занялся Медведько. Через несколько месяцев Колесникова выпустили из СИЗО, а в 2006 году Генпрокуратура, которую уже возглавлял Медведько, закрыла дело Колесникова с формулировкой «за недоказанностью». И открыла новое дело – теперь уже против его обвинителя Бориса Пенчука! Причем, на этот раз закрывать дело Медведько не стал, и Пенчука «тягали» по следствиям и судам два года, после чего в 2008 году его приговорили к 8 годам колонии, заменив их в 2010 году «химией».

Такая услуга своим землякам не осталась без вознаграждения. В октябре 2005-го Ющенко отправил Святослава Пискуна в отставку: последней каплей стало уголовное дело, открытое Генпрокуратурой против секретаря СНБО и президентского кума Петра Порошенко. Сначала на место Пискуна прочили прокурора Киева Василия Присяжнюка, затем Виктора Шокина, потом Игоря Дрижчанного, но в итоге «единой кандидатурой» нового генпрокурора стал Александр Медведько. По данным SKELET-info, его настойчиво лоббировали как близкий соратник президента Олег Рыбачук, так и «донецкие». Рыбачук уверял Ющенко, что Медведько «очень сговорчивый человек» и станет карманным генпрокурором, к тому же его кандидатура устраивала Ахметова, который тогда договорился с Ющенко о перемирии. И спустя месяц напряженных торгов, Александр Медведько возглавил Генпрокуратуру Украины.

Медведько оправдал ожидания обеих сторон, в том числе и в отношения расследования самых громких резонансных дел. Расследование отравления Виктора Ющенко, начатое еще Пискуном, при Медведько превратилось в фарс, в клоунаду. Оно тянулось несколько лет, так и не завершившись до сих пор, при этом Генпрокуратура придавал ему видимость постоянной актуальности, регулярно отчитываясь перед журналистами о новых показателях уровня диоксина в крови Виктора Андреевича, а в то же время СМИ публиковали альтернативные диагнозы: пищевое отравление, побочный эффект ботокса и даже проказу!

Медведько сразу же закрыл дело против Петра Порошенко «за отсутствием состава преступления», а также окончательно «похоронил» старые дела об убийстве Вадима Гетьмана, Евгения Щербаня и Ахатя Брагина (Алика Грека), что было выгодно их приемникам Ющенко и Ахметову. Официальными обвиняемыми по этим убийствам так и осталась банда Кушнира, убитого в СИЗО, что же до заказчиков, то смерть Гетьмана и Щербаня продолжали вешать на Павла Лазаренко, а по Брагину тоже оставили прежнюю версию «криминальных разборок».

Обеим сторонам была выгодна и смерть Евгения Кушнарева, погибшего 16 января 2007 года на охоте в Харьковской области. Будучи достаточно интеллектуальным публичным политиком (всё-таки бывший завотделом горкома партии), он составлял серьезную конкуренцию главному проекту «донецких» — незадачливому Виктору Януковичу, да и к тому же «харьковские» начали перетягивать на себя одеяло в Партии Регионов. Для «оранжевых» усиление Кушнарева на фоне политического кризиса во власти было слишком нежелательным. В общем, «вот пуля пролетела – и ага…». Генпрокуратура сразу же начала расследовать это дело, традиционно выступая перед СМИ с отчетами, но лишь в конце 2007 года предъявила обвинение по статье 119-1 (убийство по неосторожности) одному из участников охоты Дмитрию Завальному. В мае 2009 года того освободили по амнистии, а в сентябре дело было окончательно закрыто.

Но политический кризис 2007 года не прошел мимо и Генпрокуратуры. 26 апреля Святослав Пискун вновь получил решение Шевченковского суда о незаконности своего прежнего увольнения – а Виктор Ющенко с ним согласился. Медведько был отстранен от должности, как говорили, из-за большой близости к «донецким», с которыми тогда снова поссорился Ющенко. Впрочем, к ним переметнулся и Пискун – и через месяц после своего восстановления вновь был уволен, а вместо него и.о. генпрокурора президент назначил Виктора Шемчука (Медведько назначили к нему замом). Закончилась это тем, что Пискун вместе с беркутовцами Василия Цушко пошел брать Генпрокуратуру штурмом. В итоге чуть не началась гражданская война, потом Ющенко вновь договорился с Ахметовым, и 1 июня 2007 года Александра Медведько вновь назначили генеральным прокурором Украины.

В этой должности он и оставался до осени 2010 года, хотя чуть было не слетел с неё в 2008-м. Это было результатом обострений между Секретариатом Ющенко и правительством Тимошенко. Под Медведько вновь активно копала Юлия Владимировна, которая еще во время кризиса 2007 года пыталась усадить в кресло генпрокурора своего протеже – прокурора Днепропетровской области Владимира Шубу, очень сильную во всех отношениях фигуру. Фактически уже шла борьба и за президентские выборы 2010 года, и за власть после этих выборов, поэтому вопрос Генпрокуратуры был одним из ключевых, и все понимали, что если верх возьмет Тимошенко, то генпрокурором станет Шуба – не в 2008 или 2009 году, так в 2010-м.

Для Медведько он был основным соперником, однако просто так взять и уволить Шубу из рядов прокуратуры он не мог, потому что у того была мощная поддержка. Одна их попыток смещения Шубы была предпринята в августе 2008 года, когда в Секретарите президента прошло совещание высокопоставленных чиновников Днепропетровска, на котором была поставлена задача собрать компромат на Владимира Шубу и передать его Медведько, для инициации служебного расследования. Кроме того, на Шубу было совершено несколько покушений, после чего он всегда носил с собою пистолет. Кто знает, как бы дальше развернулись события, но тут произошла трагедия: 15 октября 2008 года Владимир Шуба погиб якобы в результате случайности, когда упражнялся в стрельбе в элитном тире днепропетровской спортивной базы «Беркут». Следствие объявило, что Шуба выпустил из рук заряженный карабин, который ударился прикладом о землю, выстрелил вверх – и пуля попала Шубе прямо в сердце. Дело быстро закрыли, а о Шубе забыли (Медведько даже не приехал на его похороны). Однако многочисленные источники SKELET-info, в том числе из числа работников базы, утверждали, что в реальности все было совсем не так, как написано в материалах следствия. А вдова Шубы заявила журналистам, что на карабине, который фигурировал в уголовном деле, не было отпечатков пальцев её покойного мужа…

После первого тура президентских выборов 2010 года Медведько открыто принял сторону Виктора Януковича. У «бело-синего» кандидата тогда была небольшая проблема: «бело-красные» оппоненты постоянно обзывали его «зэком», делая акцент на прежних «ходках» Януковича. И вот в январе 2010 года за него заступился сам генпрокурор Медведько, заявив, что судимости кандидата в президенты были аннулированы еще в 1978 году, а потому Януковича нельзя считать «ранее судимым». Это вызвало довольно-таки эмоциональную реакцию сторонников Тимошенко, а Юрий Луценко, ещё исполнявший обязанности главы МВД, тогда парировал генпрокурора своим заявлением о том, что документы об отмене судимостей Януковича были подделаны, что этому имеются доказательства, и что по данному факту в 2005 году возбуждалось уголовное дело – которое затем было замято Генпрокуратурой.

Казалось, что Медведько старался не зря: он оставался в кресле генерального прокурора до 4 ноября 2010 года. Однако затем это кресло у него отобрали, передав его Виктору Пшонке, который был «приставлен» к Медведько заместителем еще в 2006 году по личному требованию Януковича (и Ахметова). Медведько же получил утешительную должность первого заместителя секретаря СНБО, проработав на ней аж до апреля 2014 года: сначала под руководством Раисы Богатыревой, затем Андрея Клюева, а потом и Андрея Парубия. Любопытно вот что: на Андрея Клюева, руководившего СНБО во время событий зимы 2013-2014, потом навесили чуть ли не все «преступления против Майдана», однако никаких претензий к его первому заму Медведько предъявлено не было. Почему? Только лишь потому, что у Медведько всегда была традиция сказываться больным и отлеживаться в клинике или отсиживаться дома каждый раз, когда над ним сгущались тучи?

Племянники и племянницы

После отставки с должности заместителя секретаря СНБО, Александра Медведько уже больше не приглашали во власть – хотя было бы не так уж и удивительно, если бы он вдруг оказался в рядах президентской «Солидарности», ведь однажды он оказал Петру Порошенко большую услугу. Но Медведько не унывал: не включили в число «окружения Януковича», не завели дело – и ладно, всё-таки он легко отделался! Что же до вопроса, на что жить дальше, то его он решил еще за много лет до Майдана, когда начал получать на свои прокурорские погоны большие звезды. И не только «гонорарами» за закрытие уголовных дел, хотя и они составляли серьезную часть «теневых доходов» прокурора Медведько.

У Александра Медведько был совместный бизнес со своим племянником (или кто он там ему) Павлом Борулько, бизнес очень специфический: дядя в прокурорских погонах не просто покрывал финансовые схемы и аферы племянничка, но и участвовал в их создании и управлении. Напомним, что Павел Борулько и его партнеры начинали как менеджеры конвертационных центров, замаскированных под филиалы небольших коммерческих банков («Славутич», «Донкредитинвест»). А с 2001 года Борулько стал совладельцем банка «Владимирский», затем «АвтоКразБанк», «Донеччина» и др. Так вот, источники SKELET-info сообщали, что к организации этих конвертационных центров и их грамотной маскировке под банки были причастны ряд руководящих лиц прокуратуры Донецкой области, в том числе Александр Медведько.

Чем выше по прокурорской лестнице поднимался Медведько, тем более масштабными финансовыми махинациями занимались Павел Борулько и его супруга Алла Кузьмина. Причем, это нередко сопровождалось устранением мешающих Борулько лиц. Так, 14 января 2003 в Донецке в подъезде своего дома был зарезан Сергей Кириченко – партнер и босс Борулько по «АвтоКразБанку». У следователей были веские причины считать заказчиками убийства Павла Борулько и еще одного их бизнес-партнера Александра Шепелева, с которым Борулько начинал в 90-х в конвертационных центрах. Однако в областной прокуратуре (которой руководил Виктор Пшонка) и в Генпрокуратуре (где уже работал Медведько) были иного мнения, так что дело увели «влево». В итоге двух исполнителей убийства осудили лишь через несколько лет, а вопрос заказчиков так и остался надолго висеть в воздухе. Затем вероятным заказчиком назвали лишь Шепелева, почему-то совсем не упоминая о Борулько. Это вполне объяснялось тем, что с 2006 года Шепелев стал работать с Юлией Тимошенко и даже получил от неё мандат по списку БЮТ, а она являлась врагом Медведько.

Вышеупомянутая афера с деньгами «Авианта» (26,6 миллионов гривен) была провернута Медведько при помощи финансовых схем Борулько – и это был лишь один известный случай! Когда же Медведько в 2005-м вернулся в Генпрокуратуру, то он еще больше расширил сеть «крышуемых» конвертационных центров, работавших в паре с банками Борулько. Но самым грязным и загадочным тогдашним делом была смерть известного бизнесмена Игоря Плужникова – владельца телеканала «Интер» и АКБ «Интерконтинентбанк», народного депутата фракции СДПУ (о). Он был отравлен в начале июня 2005 года, в военном госпитале СБУ ему поставили диагноз «токсический гепатит», затем Плужникова срочно отправили на лечение в клинику Ганновера, где он и скончался. И начались странности: СБУ, которой тогда руководил Александр Турчинов, изъяла, а потом «потеряла» все документы о его отравлении. Посмертно его не вскрывали, тело поспешно похоронили, и версию отравления никто официально не отрабатывал – закрыла на это глаза и Генпрокуратура. А сразу после его смерти начался дерибан бизнеса покойника, причем грабили его все, кто мог. Так вот, его «Интерконтинентбанком», за которым тоже числись большие финансовые проблемы, с ведома главы НБУ Шаповалова фактически стали распоряжаться Борулько со своими партнерами, которые вывели из «Интерконтинентбанка» остатки финансов и часть кредитных залогов в свои банки «Европейский», «Владимирский» и «Национальный стандарт». И вот самое интересное: лишь после этого прокуратура возбудила дело по факту банкротства «Интерконтинентбанка» и проводимых в нем финансовых аферах, однако всю вину возложила на покойного Плужникова!

Далее Генпрокуратура под руководством Медведько покрывала еще более крупные банковские аферы Борулько. Во-первых, это вывод из Украины 875 миллионов долларов через «АвтоКразБанк», с помощью векселей за фиктивную оплату товаров и услуг (2007 год). Сообщалось, что данная операция была непосредственно связана и с конвертационными центрами, и со схемами отмывания денег, и с теневыми структурами, предоставлявшими нелегальные услуги по переводу крупных сумм в иностранные банки – и всё они находились под «крышей» Генпрокуратуры. Во-вторых, в 2008 году банки Борулько «Европейский» и «Национальный стандарт» проворачивали любопытную операцию: они выдавали щедрые кредиты под залог земли, причем все участки находились в престижном Обуховском районе Киевской области. Как потом оказалось, кредиты оформлялись на подставных лиц, буквально на чужие паспорта, на какие-то неизвестные подозрительные фирмы, но самое интересное, что многие земельные участки были, что называется, виртуальные! Их не существовало вовсе, на них просто выписали поддельные акты – что было нетрудно, как так ранее архив земельных документов района был кем-то украден. И всё это тщательно покрывала Генпрокуратура, управляемая дядей Борулько!

Догадаться о смысле этих махинаций было нетрудно: Борулько выводил из своих банков (крал у вкладчиков и государства) колоссальные средства, раздав кредитов на сумму вдвое большую (полтора миллиарда гривен), чем находилось на счетах банков. А затем протянул руку к НБУ за рефинансированием – и получил его на сумму 430 миллионов гривен. Но и после этого в 2009-м году Борулько устроил еще одну аферу, уже с подставными вкладчиками, «обув» на десятки миллионов гривен Фонд гарантирования вкладов. Это было уже откровенное хамство, но если до осени 2010 года дядя-генпрокурор как-то затягивал и уводил в сторону уголовные дела в отношение афер Борулько, то после он смог лишь помочь племянничку сбежать в Беларусь.

Но и крах племянника не сильно огорчил Александра Медведько, ведь у него в запасе осталась еще племянница! Жительница Дружковки Виктория Ткачук (1969 г.р.) после окончания школы ни о какой прокурорской карьере и не мечтала, она работала медсестрой, заочно училась на логопеда и даже вышла замуж за своего коллегу-медбрата. Но наступили трудные 90-е, медработникам практически перестали платить, Виктория даже одно время выживала торговлей семечек на базаре, пока ей на помощь не пришел Александр Медведько: он пристроил её в прокуратуру Дружковки печатать на машинке тексты, а заодно помог ей получить диплом юриста. По одной информации, она заочно училась в Донецком университете, по другой диплом ей выдали в коммерческом вузе – но, как говорится, у нынешнего генпрокурора Украины и такого нет!

Прокурорская карьера Виктории Ткачук была не так чтобы слишком уж стремительной, лишь в 2015 году приказом генпрокурора Шокина она получила должность городского прокурора Константиновки (на которой в 90-е работал Медведько). Но только потому, что работу в прокуратуру она рассматривала как средство для построения своего «маленького» бизнеса. СМИ писали, что начала Виктория Ткачук с «отжатия» похоронного бизнеса, затем открыла собственную сеть аптек и начала давить конкурентов. Затем, с открытием собственного платного медицинского центра «Кларимед», Ткачук устроила регулярные проверки местных больниц, в ходе которых к ответственности за коррупции и взятки было привлечено несколько врачей. Например, за побор в 300 долларов была арестована автоматчиками (!) и на несколько месяцев угодила в СИЗО (где получила инсульт) главврач ЦГБ Дружковки Светлана Чубенко, с которой Ткачук давно имела неприязненные отношения. Чуть ранее, в 2004 году, за «вымогательство денег на пленку» было возбуждено уголовное дело против заведующего рентген-кабинетом, который после суда умер от инфаркта. После этого Ткачук начала сама торговать рентген-пленкой, причем официально! Она буквально обязала запуганное руководство больниц покупать пленку у её медцентра «Кларимед», по типичной схеме: врачи говорят пациентам, что пленки в больнице нет, мол, финансирование маленькое, но её можно купить в больничной аптеке. Также Ткачук добивалась, чтобы городские больницы отказывали пациентам в лечении (по разным причинам), направляя их в её медицинский центр. Сообщалось, что конфликт между Ткачук и Чубенко возник как раз из-за того, что главврач неохотно соглашалась на бизнес-предложения прокурорши.

За всё это Виктория Ткачук получила прозвище «царица Дружковки», а теперь она точно так же окучивает Константиновку. Конечно, её бизнес не столько прибыльный, как многомиллионные аферы Павла Борулько, но все же Ткачук уже удостоилась славы прокурора-латифундиста: она владеет 151 гектаром сельхозугодий, и это не считая десятков мелких земельных участков в городе (киоски, склады), а также сетей салонов красоты, аптек, магазинов, похоронных бюро, ну и конечно медицинского центра.

Но одними племянниками коррупционная родня Александра Медведько не ограничивается, у него есть еще зять Дмитрий Лупеко – который заодно является кумом Артема Пшонки, и в 2014 году он закончил свою карьеру в должности заместителя прокурора Киева. Мог бы подняться еще выше, если бы не склонность к выпивке и разным выходкам: так, на одной корпоративной вечеринке «ужравшийся» Лупеко попытался изнасиловать начальницу отдела кадров, которая потом написала заявление на имя Рената Кузимина.

Любопытная история: после второго Майдана Лупеко недолго побыл и.о. прокурора Киева, а потом его все-таки уволили. И вот 13 июня 2014 года под стенами киевского городской прокуратуры нарисовались несколько десятков членов «Правого сектора» под командованием самого Игоря Мазура (лидер киевской организации ПС), которые попытались её захватить. Когда захват был сорван прибывшей милицией, «Правый Сектор» выдвинул свои требования: закрытие всех старых уголовных дел в отношение членов «Правого сектора», увольнение некторых сотрудников прокуратуры, а также восстановление на работе в прокуратуре Дмитрия Лупеко как «патриота и борца с режимом Януковича», и даже назначение его заместителем генерального прокурора. Через три дня Мазур с «побратимами» появился уже в Генпрокуратуре, впрочем, обойдясь без штурма. Разгадка этого курьеза оказалась простой: Лупеко и Мазур являются давними близкими знакомыми, и первый попросил второго об услуге. Впрочем, главный вождь «Правого сектора» Дмитрий Ярош такое поведение своего соратника не понял, а потому Мазур вскоре вылетел из ПС обратно в УНА-УНСО.

По материалам SKELET-info


fb Мы в Twitter RSS

материалы

Сергій Литвиненко

У виборчому окрузі № 156, що на Рівненщині, до якого входять Березнівський, Костопільський та Сарненський райони,кандидатом у народні депутати України від партії Володимира Зеленського «Слуга народу» є директор ДП «Зірненський спиртовий завод» Сергій Литвиненко.


fb Мы в Twitter RSS

хроника