[громкие дела]

Антология похождений международного афериста.

Восток – дело тонкое!

Казахстан считается самым демократическим из среднеазиатских государств — разумеется, лишь на фоне своих соседей, пишет в интернет-издании SKELET-info Сергей Варис. Политические кланы Казахстана отличаются от туркменских или киргизских, где даже в советское время «красный бай» опирался на многочисленную родню, на свой древний племенной клан. Помните как раньше «научный марксизм», описывая развитие человечества, вывел формулу постепенного распада родоплеменного строя с выделением знатных семей? Вот именно это и произошло Казахстане, где у власти стоят в основном семейные кланы, созданные еще советскими бонзами — хотя некоторые из них в той или ной мере связаны с родоплеменными казахскими кланами. Но у последних нет такой силы, чтобы взять всю страну в свои руки – даже у президентского рода шапрашты (племен Старшего Джуза), из которого происходит Нурсултан Назарбаев, бессменно управляющий Казахстаном с 1990 года.

Но Назарбаев не тиран, а скорее наделенный огромной официальной и неофициальной властью политический арбитр, почти три десятилетия удерживающий баланс кланов и группировок элиты Казахстана. В этом он очень похож на Леонида Кучму 90-х годов, так же как Казахстан похож на Украину с её очень разнящимися (политически и культурно) западными и восточными регионами, с её региональными олигархическими кланами (донецкими, винницкими, закарпатскими и т.д.). Вот только у Назарбаева хватило ума не натравливать одну часть страны на другую, как это сделали украинские политики. Его методы несколько иные: время от времени в Казахстане, под видом борьбы с коррупцией, громят тот или иной слишком уж зарвавшийся клан – в их числе даже относящиеся к кругу президентской «семьи». Кого-то сажают, кого-то даже убивают (под видом самоубийств и несчастных случаев), но многие опальные бонзы успевают сбежать за границу, объявив себя оппозиционерами. Да, при этом СМИ гремят резонансными делами, изобличаются расхитители и взяточники, но вся фиктивность такой «антикоррупционной борьбы» видна невооруженным глазом. В том числе и потому, что все антикоррпуционные органы Казахстана подчинены Назарбаеву, им они создаются, упраздняются и реорганизовываются.

Еще одна особенность Казахстана – его очень тесные экономические и политические отношения как с Россией, так с Западом (а также с Китаем), что делает его самой открытой страной Средней Азии. В то же время по всем международным рейтингам коррупции и гражданских свобод он находится в числе худших стран мира. Коррупция там обыденное дело, в том числе и на самом высоком уровне, но только обличать её публично просто некому – оппозиция в Казахстане находиться в еще более плачевном положении, что и в России. Причем, причины этого схожи: казахскую оппозицию возглавляют либо опальные проворовавшиеся чиновники (часто беглые), либо радикалы, либо получатели иностранных грантов – и никто из них не обладает более-менее пристойной поддержкой сограждан. Так что за приближенными к трону респектабельными казахскими миллиардерами, именующимися бизнесменами международного уровня, нередко стоит чудовищная коррупция, а то и уголовщина. Некоторые из них сами являются выходцами из ОПГ, некоторые давно срослись и даже породнились с ними.

Нужно заметить, что мир казахстанских ОПГ чрезвычайно разнообразен. Помимо классических территориальных и этнических группировок, а также милицейской и чиновнической мафии, там возникали клановые и родоплеменные ОПГ, очень тесно связанные с властью и правоохранительными органами. Там до сих пор есть очень сильные «транзитные» ОПГ, работающие с международной наркомафией; есть группировки, связанные с исламистами. Очень высоко поднялись международные ОПГ (особенно казахстано-российские), занимавшиеся темой большого сырьевого бизнеса (нефть, газ, металлы), но там постоянно идет жесткая борьба, поскольку это самый главный источник доходов всех крупных кланов Казахстана, там мимо бюджета каждый год проходят миллиарды. На их фоне пресловутые украинские «донецкие», и даже бывшие подручные Могилевича и Минина выглядят просто законопослушными пай-мальчиками. Ряд самых влиятельных казахстанских ОПГ уже давно сами стали властью, и теперь «борются с преступностью», уничтожая мелких конкурентов. Но всё это пока что нераскрытая книга, особенно для украинцев – зачастую ошибочно полагающих, что хуже отечественной мафии и коррупции нигде ничего нет. Отнюдь! Не просто есть, но и регулярно проникает в Украину с целью поживиться.

Олигарх по-казахски

Ракишев Кенес Хамитович родился 14 июля 1979 года в семье Хамита Кошановича Ракишева, который к тому времени уже был высокопоставленным чиновником Казахской ССР, и его карьера продолжала расти. После окончания Московского института торговли и Академии народного хозяйства, его отец в 80-х годах занял должности в республиканском руководстве, невероятно «блатные» по тем временам. Тогда Хамит Ракишев имел контакты с торговой и хлопковой мафиями, а также с «цеховиками», которые контролировались как коррумпированной властью, так и криминалом. Кроме того, чуть позже Хамит Ракишев имел отношение к т.н. «торговым домам», которые в 1990-92 г.г. занимались закупками за границей продовольствия за валюту (республика брала западные кредиты, за которые потом рассчитывались нефтью и металлами), что сопровождалось масштабными аферами и хищениями. Стоял во главе этих «торговых домов» Сыздык Абишев, один «торговых начальников» еще советского Казахстана, родственник супруги Нурсултана Назарбаева и основатель президентского клана.

Конечно, всё это не сделало Хамита Ракишева самым богатым и влиятельным человеком республики: тогда всем рулила стоявшая на вершине пирамиды коррупции «партийная» мафия (кланы первых секретарей и министров), да и экономическая ситуация в 90-х резко изменилась. Однако наработанные связи и авторитет (во всех смыслах этого слова) позволили ему быстро вписаться в бурную жизнь нового независимого Казахстана: в 1993 году он занял пост председателя Торгово-промышленной палаты (ТПП) республики (готовили, что не без помощи Абишева), и оставался на нем до самой своей смерти в 2007 году. Формально это была, конечно, не ахти какая должность, но за фасадом ТПП в 90-е проворачивались очень лихие делишки и решалось очень много острых вопросов.

Одним из своих главных достижений Хамит Ракишев считал устроенный им брак своего сына Кенеса. Это был не просто брак по расчету, это был продуманный и рассчитанный на годы вперед клановый брак, закрепивший слияние семьи с Ракишевых с еще более могущественной семьей – такие браки планируют и устраивают годами. Супругой Кенеса стала его ровесница Асель Тасмагамбетова, старшая дочь высокопоставленного чиновника Имангали Тасмагамбетова, приближенного к самому президенту Назарбаеву.

Имангали Тасмагамбетов
Имангали Тасмагамбетов

В 80-х годах Имангали Тасмагамбетов внезапно поднялся из простого провинциального школьного учителя географии до первого секретаря ЦК ЛКСМ Казахстана. Многочисленные слухи утверждали, что это случилось благодаря поддержке Дариги Назарбаевой — старшей дочери будущего «казахбаши». Являющейся женщиной очень активной и продвинутой во всех отношениях, независимой вплоть до регулярных сор с отцом, водившая дружбу и с незнатными людьми (её муж Рахат Алиев в 80-х работал простым врачом). Она даже не обратила внимания на то, что Тасмагамбетов принадлежит к Младшему Жузу (Назарбаевы – к Старшему), но много лет спустя смекнула, что в этом его политический плюс как соратника президента. Кроме того, в советское время Тасмагамбетова начала поддерживать и Москва, и он до сих пор является одним их самых пророссийских политиков Казахстана.

Дарига Назарбаева
Дарига Назарбаева

В 90-х годах Тасмагамбетов уже достаточно сблизился с самим Назарбаевым, став его доверенным человеком. С 1993 по 2004 год он попеременно занимал должности помощника президента, главы президентской администрации, вице-премьера. Затем в 2004-2014 Тасмагамбетов был акимом (главой администрации) Алма-Аты и потом Астаны, в 2014 вновь вернулся в правительство (министр обороны, вице-премьер), но в феврале 2017-го подвергся опале и был отправлен в почетную ссылку послом в Россию. Что же произошло? СМИ сообщали про острую борьбу за место наследника президентского трона, на который претендуют много влиятельных кланов, и первые их них — это кланы старшей (Дариги) и средней (Динары) дочерей президента. Эта борьба достигла накала в 2006-2007, когда ряд кланов объединились против Дариги и её мужа Рахата Алиева, который из простого хирурга вырос в большую политическую «шишку», куратора казахстанских спецслужб и покровителя целого ряда ОПГ. В итоге Алиев бежал из страны в Европу, был заочно приговорен по десятку статей к 20 годам лишения свободы, его брак с Даригой расторгли. В отместку Алиев написал книгу «Крестный тесть», повествующую подробности коррупции и клановой борьбы в окружении Назарбаева, и запрещенной в Казахстане. Ответный удар настиг Алиева через несколько лет: в 2014 году он был арестован в Вене по запросу казахстанских властей, а в феврале 2015-го якобы покончил с собою в тюремной камере.

В этом конфликте Имангали Тасмагамбетов выступил против своей бывшей покровительницы, на стороне клана её сестры Динары. Видимо, верх взяла типичная восточная расчетливость, к тому же у Тасмагамбетова и без того не складывались отношения с Алиевым. А вот окружение средней дочери президенты выглядело более перспективным. Динара состоит в браке с Тимуром Кулибаевым (и носит его фамилию), который еще в 90-е поднялся из мелкого чиновника Госплана до крупного бизнесмена, занимающегося финансами, нефтью и газом. К настоящему времени Динара и Тимур Кулибаевы входят в число богатейших олигархов Казахстана, их совместный капитал достигает 6,4 миллиардов долларов (против 700 миллионов у Дариги Назарбаевой), и это только официальные данные.

Одной из ступеней восхождения Тимура Кулибаева было создание в 2000 году ЗАО «КазТрансГаз». Данная фирма контролирует газопроводы и газохранилища, продает казахский газ на внутреннем и внешнем рынке – словом, это настоящий Клондайк! И вот тут мы находим любопытные факты из биографии нашего Кенеса Ракишева. В 1998-99 г.г., когда Кенес еще учился в Государственной юридической академии, отец пристроил его советником в Фонд безопасности дорожного движения при МВД Казахстана, так сказать набираться опыта. В 1999-м Кенес женится на Асель Тасмагамбетовой, и уже в 2000-м получает в подарок от своего тестя место менеджера в ЗАО «КазТрансГаз». А это значит, что уже тогда Имангали Тасмагамбетов был в доле с Тимуром Кулибаевым и поддерживал семейный клан средней дочери президента.

Тимур Кулибаев и Кенес Ракишев в Мекке
Тимур Кулибаев и Кенес Ракишев в Мекке

Сам же Кенес Ракишев, сблизившись через своего тестя с Тимуром Кулибаевым, становится его топ-менеджером и доверенным лицом (они даже вместе совершали хадж в Мекку). Это можно проследить и по его трудовой биографии: в 2002 он становится начальником Управления внешнеэкономических связей ЗАО «КазТрансГаз», а через год вице-президентом компании, тогда же получает должность замдиректора по экспорту ЗАО ТД «КазМунайГаз» (фирма Кулибаевых, через которую они контролируют экспорт и переработку нефти), в 2004 году он уже генеральный директор ТОО «Меркурий» (одна из фирм Кулибаевых), с 2006-го он председатель совета директоров «SAT&CO» (тогда это тоже была фирма Кулибаевых, лишь к 2015 году выкупленная Ракишевым). При этом совершенно непонятно, когда же столь занятый бизнесом молодой человек успел стать в 2007 году обладателем диплома бизнес-школы «Oxford Saïd», которым он постоянно хвастает, называя себя «выпускником Оксфорда» (хотя это не так, он всего лишь получил диплом школы при этом знаменитом вузе, который ему просто купили).

Кстати, «Казкоммерцбанк», руководителем и совладельцем которого был Кенес Ракишев, сейчас тоже находится в собственности «Народного банка Казахстана» — основателем и владельцев которого является Тимур Кулибаев. Поэтому о Кенесе Ракишеве уже давно говорят не столько как о тесте Тасмагамбетова, сколько как о «бухгалтере» и доверенном лице Тимура Кулибаева, как о члене его семейного клана. Через который он получил прямой доступ к самому Нурсултану Назарбаеву, что позволяло Ракишеву безнаказанно проворачивать немало разных афер.

Кенес Ракишев и Нурсултан Назарбаев
Кенес Ракишев и Нурсултан Назарбаев

С каждым годом его родство с Имангали Тасмагамбетов и партнерство с Тимуром Кулибаевым становилось всё более важным, потому что этих двоих всё чаще пророчили в преемники Назарбаеву. Тасмагамбетов выглядел перспективным с политической точки зрения, так как мог заручиться поддержкой большинство избирателей Казахстана: и коренных «южан», и славянского «севера». А Кулибаев, если не акцентировать на его статусе президентского тестя, вполне мог сойти за «успешного бизнесмена», такого себе казахского Виктора Пинчука.

Вот только пока они решали, кто из них станет новым президентом, а кто вторым лицом государства, произошел ряд неожиданных событий. Еще в 2012-14 г.г. Тимур Кулибаева начал потихоньку впадать в опалу — возможно, из-за давнего громкого публичного скандала вокруг своих слишком близких отношений с Гогой Ашкенази, которые он так и не разорвал, как обещал. А в 2014 году в политику вернулась помирившаяся с отцом Дарига Назарбаева, ставшая сначала вице-спикером нижней палаты парламента, а затем сенатором верхней. Она взяла под свой контроль парламентские фракции правящей пропрезидентской партии «Нур Отан», и стала активно раскручиваться как публичный политик. Но главное, старшая президентская дочь нашла общий язык с крупнейшими «независимыми» кланами Казахстана (например, клан Булата Утемуратова), теми, кто находился с Назарбаевым в договорных, а не вассальных отношениях. Сейчас эти кланы ищут нового арбитра, будущего президента Казахстана, и, хотя сами они не участвуют в войне за престол, их поддержка чрезвычайно важна. На кого попало они не поставят – так, по слухам, этим кланам не нравятся Кулибаевы из-за их чрезмерной жадности и риска того, что те, придя к власти, начнут большой передел.

И вот в начале 2017 года Дарига нанесла по клану своей сестры мощный удар. Имангали Тасмагамбетов был отправлен послом в Россию (и то только благодаря благосклонности президента), а Тимура Кулибаева и его партнеров, включая Кенеса Ракишева, начали медленно прессовать. Конечно, их бизнес пока что не трогают, поскольку он всё еще связан со средней дочкой президента (и другими влиятельными кланами), но Кулибаев уже, что называется, готовится к худшему, а потому предпринимает кое-какие действия со своими активами. В основном Кулибаева и его окружение сейчас бьют политически, информационно, путем публикаций компромата. Благо этого компромата на них предостаточно, в том числе и на Кенеса Ракишева.

Что случилось с «БТА»?

На протяжении многих лет двумя очень обильными источниками компромата на окружение президента Назарбаева были два сбежавших в Европу олигарха: Рахат Алиев и Мухтар Аблязов. Теперь бывший супруг Дариги Назарбаевой мертв, и Аблязову приходится, как говорится, работать за двоих. Как же он оказался в изгнании?

Мухтар Аблязов
Мухтар Аблязов

Мухтар Аблязова называли гением финансовых афер еще в 90-е годы, когда он умудрился купить акции государственного «Банка Туран Алем» (БТА) за деньги, взятые в кредит у этого же банка. Впрочем, одного гения тут было мало, и никто бы не позволил ему в одиночку провернуть такой финт, если бы за Аблязовым не стоял Нурлан Балгимбаев, который в 90-х являлся, пожалуй, самым влиятельным человеком Казахстана. В советское время он был большим чиновником нефтегазовой отрасли, в начале 90-х сблизился с американцами (его партнером был бизнесмен Джеймс Гиффен, фигурант «Казахгейта»), он создавал замысловатые нефтяные и финансовые схемы в доле с президентской семьей, и потому негласно звался «кассиром Назарбаева». Масштабы деятельности Балгимбаева выходили далеко за пределы Казахстана: так, он помогал создавать нефтяные схемы дудаевской Ичкерии, был близким другом и деловым партнером Зии Бажаева, и помог «дудаевцам» закрепиться в Украине. Это не без помощи Балгимбаева они взяли под свой контроль Херсонский НПЗ, членом совета директоров которого он был. Что же касается Аблязова, то он был при Балгимбаеве таким себе бухгалтером – играя такую же роль, какую при Кулибаеве отводят Кенесу Ракишеву. Только его статус в клане был чуток ниже из-за отсутствия необходимых родственных связей.

Собравший собственный клан, Балгимбаев был очень могущественной фигурой, однако и он пал жертвой казахской игры престолов: в 2002-2003 г.г. люди из его окружения (Аблязов, Гиффен) были арестованы по обвинению в масштабных финансовых махинациях. Но в мае 2003-го Назарбаев лично помиловал Аблязова (причина этого неизвестна, но весьма любопытна), и тот отправился в Москву, участвовать в проекте строительства «Москва-Сити», где он стал партнером украино-российского олигарха Павла Фукса, тесно связанного с харьковским мэром Геннадием Кернесом. Впрочем, в конце 2008 года Аблязов вновь впал в опалу, и на этот раз Назарбаев не стал его щадить, поэтому обвинения против Аблязова выдвинули серьезные, в том числе и заказ на убийство бывшего председателя правления БТА Татишева (чье место потом занял Аблязов). Так что Аблязову ничего не оставалось кроме как срочно бежать в Европу – где он, кстати, стал одним из инициаторов публичного скандала вокруг отношений Тимура Кулибаева и Гоги Ашкенази.

Причиной этих опал называли борьбу кланов дочерей Назарбаева за сосредоточение в своих руках всех финансовых схем президентской семьи. Они сами стремились стать главными «кассирами» президента, что не только позволяло бы «отбирать у папы пенсию», но и дало бы им еще больше возможностей достигнуть заветной цели – преемственности власти. О том, кто именно из «принцесс» в большей степени посодействовал падению Балгимбаева и его людей в 2002 году, пока что известно очень мало. Но вот за новой опалой Аблязова в 2009-2010 г.г. стоял именно клан Динары и Тимура Кулибаевых – и в этом принимал активное участие их «бухгалтер» Кенес Ракишев.

Произошло вот что: на фоне мирового экономического кризиса правительство Казахстана решило «реформировать» банковскую сферу и в феврале 2009 года провело национализацию БТА – на тот момент являвшегося крупнейшим кредитным банком Казахстана, и первым по объему своих инвестиций в Россию, Украину и Беларусь. Для этого был создан холдинг по управлению госактивами «Фонд Самрук-Казына» (которому передали контрольные пакеты крупнейших госкомпаний), во главе которого встал Тимур Кулибаев, и этот холдинг поглотил 78% акций БТА (к 2014 году доведя пакет до 97%). Поглощение было фактическим «отжатием» банка по замысловатой схеме, с использованием всех государственных рычагов. И вот что интересно: с одной стороны, эту национализацию провели в интересах клана Кулибаевых, но с другой, её активно продвигали тогдашний глава Нацбанка Казахстана Григорий Марченко и всё пророссийское лобби в правительстве, а также SKELET-info имеет предположение о возможном приобретении БТА российским «Сбербанком». Так что в этой истории еще раз четко проявился пророссийский вектор клана Кулибаевых – к которому принадлежит и Кенес Ракишев.

Нужно упомянуть и о том, что тогдашняя национализация БТА включала в себя и поглощения его дочерних банков в странах СНГ – в том числе украинского «БТА Банка», одним из акционеров которого был украинский рейдер Андрей Портнов. И хотя поглощение украинского «БТА Банка» затянулось на несколько лет, оно значительно ускорилось после того как в 2013 году в Казахстане председателем совета директоров БТА был назначен Кенес Ракишев.

Кстати, Ракишев не только полностью поглотил украинский «БТА Банк», но и чуть было не оставил Украину без Днепропетровского военного госпиталя – ключевого тылового объекта АТО, в котором проходят лечение почти половина всех раненых. Дело в том, что еще в 2007 году тогдашний министр обороны Анатолий Гриценко заложил госпиталь (все здания и территорию) в «БТА Банк», и после просрочки кредита тот перешел в собственность банка. А в 2016 году Кенес Ракишев переписал этот госпиталь на казахский БТА, который уже был поглощен другими банками. Эта юридическая заковырка не позволяла украинскому Минобороны даже капитально отремонтировать госпиталь (ведь здания уже принадлежали казахскому банку), и тогда украинской стороне пришлось пойти другим путем: доходчиво объяснить представителям Ракишева, что если те будут мешать лечить раненных украинских солдат, то говорить с ними будут не на языке закона.

А вот в притязаниях Ракишева на фармацевтический завод в Борисполе украинские власти, напротив, пошли ему навстречу. Данное предприятие под брендом «Макс-Велл» было построено еще в 2008 году на фактически выведенные из БТА деньги общей суммой около 110 миллионов долларов. Во время своего бегства Аблязов передал активы предприятия компании «Здоровье», которой владеет его компаньон, бывший депутат Госдумы Александр Шишкин. После того как хищения Аблязова были признаны даже в европейских судах, на его активы можно было накладывать аресты. И вот в 2016 году Ракишев добился в украинском суде ареста этой фабрики. Казалось бы, правосудие восторжествовало, вот только какой с этого толк Украине?

Итак, в конце 2013 года Кенес Ракишев появляется в БТА, где начинает бурную деятельность, а 14 февраля 2014 года становится его новым управляющим — это было вполне логично, так как банком полностью владел холдинг «Самрук-Казына», управляемый Кулибаевым. Через несколько месяцев стало известно, что у банка появился портфель проблемных кредитов на сумму в 2,4 триллиона тенге (7,5 миллиарда долларов). Но проблемные кредиты в подавляющем большинстве случаев – это кредиты, розданные своим карманными фирмам для вывода денег из банка. Раздавал ли эти кредиты Ракишев или его предшественник – не суть важно, поскольку все руководители БТА, начиная с 2009 года, были людьми Кулибаева. Правда, все они традиционно винили во всем Мухтара Аблязова.

Затем, в 2014 году ранее национализированный БТА решили вновь приватизировать. И его новыми владельцами стали «Казкоммерцбанк» (контролируемый Кулибаевым) и Кенес Ракишев, получившие по 46,5% акций. При этом «Казкоммерцбанк» открыл БТА кредитную линию на сумму 7,5 миллиарда долларов – видимо, для погашения своих проблемных кредитов. Относительно судьбы денег, украденных с помощью этих проблемных кредитов, сомневаться уже не приходилось: ведь Ракишев откуда-то взял средства, чтобы выкупить почти половину БТА! Затем, в 2015 году, появилась информация, что Ракишев стал совладельцем «Казкоммерцбанка», и за год он нарастил свой пакет акций с 16 до 71%. По существу, это наращивание выражалось в том, что Ракишев выдавливал из банка других акционеров, выкупая или «отжимая» их акции.

Как писали [громкие дела], в 2017 году состоялся финал этой грандиозной аферы. Фонд проблемных кредитов Казахстана (100% государственные средства) выделил 7,5 миллиарда долларов для погашения проблемных кредитов БТА – на условии, чтоб эта сумма затем была перечислена «Казкоммерцбанку» в счет погашения кредитной линии, открытой для БТА. Таким образом, недоимка в 7,5 миллиарда долларов, возникшая после вывода (воровства) из БТА денег вкладчиков и средств рефинансирования, была закрыта за счет государства, и оба банка (БТА и «Казкоммерцбанк») восстановили свой положительный финансовый баланс. Сразу после этого Кенес Ракишев продал «Казкоммерцбанк» другому банку – «Народному банку Казахстана» (НБК), известному также как «Халык Банк» или «Halyk Bank». Главным акционером НБК является Холдинговая Группа «АЛМЭКС» (тогда – 78%, сейчас почти 90%), которой полностью владеют супруги Кулибаевы. Причем, даже не продал, а передал в собственность за символическую плату в 1 тенге (несколько копеек), просто отдав все свои акции боссу. Такой вот фокус, убедительно подтверждающий, что Кенес Ракишев, заявляющий о себе как о продвинутом финансисте Казахстана – это лишь доверенный помощник Тимура Колобаева в осуществлении особо крупных мутных схем.

Российский вектор и девочки на вызов

Было замечено, что резкий рост активности клана Кулибаевых начался одновременно с украинским Евромайданом и сильно ускорился весной 2014 года, когда были введены первые экономические санкции Запада против России. А тогда же, напомним, в контратаку пошла Дарига Назарбаева, соперница своей сестры Динары Кулибаевой. Нужно отметить, что Дарига стала очень опытным политиком, так что сейчас никто не может однозначно сказать, какого внешнеполитического вектора она придерживается. Она не пророссийская, хотя ищет поддержки славянского населения Казахстана. Её можно было бы назвать скорее проевропейской, но она совершенно лишена присущего таким политикам заискивания перед Западом, к тому же в Дариге Назарбаевой можно разглядеть черты жесткого тирана, а от некоторых её высказываний глаза на лоб полезли бы даже у Гитлера. Есть мнение, что она негласно исповедует прокитайский вектор и является сторонницей создания мощного азиатского союза – проекта, противоположному путинскому ЕврАзЭС, без доминирующей роли Москвы. Пока что известно одно: новое политическое восхождение Дариги Назарбевой связано и с событиями в Украине 2014 года, и с началом новой «холодной войны» между Западом и Россией, и с очередным «вилянием векторами» её отца-президента Нурсултана Назарбаева, и опалой клана Кулибаевых — ставившего на пророссийский вектор.

С этим же связывают и скупку Кулибаевыми финансовых структур (банков), и тут имеется любопытная неофициальная информация. Кулибаевы, вместе со своими верным нукером Кенесем Ракишевым, не просто перекладывают свои яйца в другие корзины на случай «шухера», а создавали мощную банковскую схему по заказу российских олигархов, а может даже и Кремля. Смысл этого в следующем: если бы вдруг западные санкции создали проблемы для работы ряда российских компаний, то некоторые финансовые операции проводились бы через казахстанские банки, подконтрольные Кулибаевым.

Что ж, казахским олигархам и высокопоставленным чиновникам не впервой оказывать такого рода услуги – как было сказано выше, в 90-х президентский «кассир» Нурлан Балгимбаев помогал дудаевской Ичкерии осуществлять свои нефтяные схемы, в том числе и в Украине. И вот тут стоит обратить внимание на ещё одну казахо-чеченскую связь: на подчеркнуто «братские» отношения нынешнего главы Чечни Рамзана Кадырова с Кенесом Ракишева, которого он восторженно именует и «братом», и «князем». Что же их так сблизило, неужели только приверженность пророссийскому вектору? Да нет, еще всё та же нефть! «Тысячи жизней отданы за то, чтобы у скважин и трубы всего лишь сменились хозяева», — когда-то написала Анна Политковская. И если в 90-е годы эти нефтяные схемы контролировало окружение Масхадова и казахский клан Нурлана Балгимбаева, то в «нулевых» их хозяевами стали Рамзан Кадыров и клан Кулибаевых – полномочным представителем которого является Кенес Ракишев. Так что намного больше об их «братской дружбе» могли бы сказать совместные проекты контролируемого Кадыровым «Грознефтегаз» и контролируемого Кулибаевыми «КазМунайГаз», запрятанные где-то в глубинах оффшоров.

Но Кенес Ракишев водит дружбу не только с главами субъектов Российской Федерации, но и с родственниками криминальных «авторитетов». Именно в такой компании он случайно оказался в кадре любительской камеры на Всемирных играх кочевников в 2016 году. Рядом с Ракишевым стоял человек, в котором узнали Анвара Габбазова – наследник семейного криминального клана, о котором уже давно не было никаких известий. Его отец Ильшат Габбазов, авторитетный человек в уйгурской диаспоре Киргизстана, был криминальным бизнесменом (по некоторым данным – лидером этнической ОПГ), занимавшийся «всем понемногу» еще в советские времена. А его брат Рустам Ильшатович Габбазов был «коронованным вором» по прозвищу Днепропетровск, в 90-х перебравшийся в Москву. В 2004-м их семья подверглась разгрому: Ильшата Габаззова убили в Бишкеке, а через несколько недель Рустам Габбазов был якобы арестован в своем подмосковном коттедже (по другой информации – похищен), и с тех пор как в воду канул. Так что всё наследство семейного клана досталось Анвару, ставшему крупным бизнесменом, ведущим свои дела в Киргизстане, Казахстане и России. Что же его связывает с Ракишевым? Это хороший вопрос, но пока что остающийся без ответа.

Кенес Ракишев и Анвар Габбазов
Кенес Ракишев и Анвар Габбазов

Еще один криминальный скандал, связанный с Ракишевым – это знаменитая перестрелка на Рочдельской улице (Москва, 14 декабря 2015 года), которой даже посвящена страница в Википедии. Еще бы: мало того, что в её ходе были убиты двое и ранены 8 человек, так еще и к ней оказались причастны vip-персоны Казахстана. Всё это происходило возле кафе «Elements», принадлежащего Жанне Ким, чьё происхождение давно стало темой для домыслов: в одних версиях она внебрачная дочь казахстанского чиновника, в других — родственница казахстанского же банкира Вячеслава Кима. Известно лишь то, что Кенес Ракишев и Вячеслав Ким – друзья и бизнес-партнеры, а также у них есть совместные благотворительные проекты. А вот Ракишев и Жанна Ким – любовники, и это уже давно секрет Полишинеля.

Именно Ракишев финансировал открытие её ресторана «Elements», из-за которого Жанна разругалась с другой «светской львицей» из Казахстана: Фатимы Мисиковой, чья фирма оказала Жанне дизайнерские услуги, за которые та отказалась заплатить. Тогда Фатима пожаловалась своей «крыше» (по другой версии — любовнику), криминальному «авторитету» Захарию Калашову, известному под прозвищем Шакро Молодой. Тот смекнул, что за «косяк» с Жанны Ким можно было бы стребовать намного больше, чем плату за услуги дизайнера, и послал к ней на «разборки» целый отряд своих боевиков (официально зарегистрироваными работниками ЧОП) во главе со своим подручным Андреем Кочуйковым (прозвище Итальянец), бывшим членом Ореховской ОПГ. Но на помощь Жанне немедленно пришел Кенес Ракишев, который, в свою очередь, направил для «решения вопроса» своего знакомого Эдуарда Буданцева – бывшего сотрудника ФСБ, открывшего юридическую контору для решения «щепетильных ситуаций». В общем, на месте встречи «юристы», что называется, покрошили «охранников», причем Буданцев стрелял из своего наградного боевого пистолета. Перестрелкой дело не закончилось: начавшееся затем расследование несколько раз прерывалось, обнажив чудовищную коррупцию в правоохранительных структурах Москвы, и просто вопиюще циничную в правоохранительных органах Казахстана. Разумеется, что имя Ракишева в деле не всплывало, так как он щедро платил российским следователям и судьям, казахстанские же просто не смели произносить его имя всуе.

Криптоаферисты

Моше Хогег и Кенес Ракишев
Моше Хогег и Кенес Ракишев

Возможно, регулярные утечки информации из своего смартфона и навели Кенеса Ракишева на идею создать некое суперзащищенного средства связи со своими поставщиками «девочек». А может быть он просто где-то случайно наткнулся на эту концепцию, и нашел ей не совсем обычное, но очень выгодное применение. В общем, в 2012 году, аккурат перед тем как начать грандиозную аферу с поглощением обворованного БТА, Ракишев заявил о том, что вкладывается в высокие технологии. И он действительно вложился в израильскую компанию «SirinLabs» — которая до этого занималась не пойми чем, а её руководитель Моше Хогег писал никому не нужные и не пользующиеся спросом программы. Сначала Моше практически «развел» Ракишева на 20 миллионов долларов, которые тот вложил в создание мобильного приложения «Mobli» — заявленное как бесплатная замена «Instagram». Этот проект тоже оказался никому не нужным и закрылся в 2016 году.

Но к тому времени Моше раскрутил Ракишева на новый проект (а тот привычно зачерпнул где-то «халявных» миллионов), и в Лондоне был презентован суперзащищенный смартфон «Solarin», выпущенной под флагом специально созданной за два года до этого компании «Sirin Labs» — за фасадом которой хихикал всё тот же Хогег. И снова провал: смартфон стоимостью от 13 800 долларов (как дюжина iPhone 8 Plus) отличался только своей 23-мегапиксельной камерой, в остальном же представлял собою подобие бюджетных китайских смартфонов, втиснутых в металлический корпус с отделкой кожей и золотом. А стоящий в нем далеко не новый процессор просто не справлялся с шифровкой-перешифровкой информации, так что смартфон постоянно «глючил» и «зависал». В общем, этот проект тоже накрылся – и обошелся Ракишеву в 72 миллиона долларов.

Другой олигарх на месте Ракишева послал бы Хогега к джиннам и потребовал бы назад свои деньги. Но, видимо, «девочки» Хогега так искусно ублажали Ракишева, что тот согласился на новые проекты Хогега. Их было презентовано несколько: криптовалюта SRN (сирин), она же «токен», которую Хогег и Ракишев до сих пор мечтают поднять до уровня биткоина; а также криптосмартфон и криптокомпьютер «Finney», которые должны работать с этими самыми «токенами» и другими криптовалютами, плюс предоставлять своим владельцам суперзащиту их данных. При этом, учитывая провал предыдущего «смартфона для богатых», стоимость криптосмартфона «Finney» составляла уже всего несколько сотен долларов, а комплектующие под него использовали уже не старые, купленные на распродаже в Китае, а поновее, поэтому он работает почти без нареканий. Почти, потому что его собственная операционная система Sirin OS, это детище сумрачного гения Моше Хогега, еще недостаточно проверена на практике. Массовый выпуск криптосмартфонов только планируют на конец 2018 года: если будет собрано достаточно инвестиций, то их производством займутся тайваньская компания «Foxconn» (более дорогой вариант) и китайская «Huawei» (бюджетный вариант).

Так что сейчас главная задача Хогега и Ракишева – собрать эти деньги. Так как тратить на бизнес-эксперименты свои Ракишев больше не хочет, то они с Хогегом и придумали эту схему «криптовалюта-криптосмарфон». Причем, эксперты уже сейчас видят суть этой схемы не в создании телефона-кошелька, ведь рано или поздно их начнут массово выпускать «Apple» и «Самсунг», против которых у «Finney» нет шансов. Суть этой аферы в том, чтобы под шумихой презентации нового криптосмартфона создать ажиотаж вокруг своих «сиринов», зарабатывая на их купле-продаже, которая уже ведется с 2015 года. «Пацаны» просто решили запустить собственный аналог биткоина, с расчетом на сумасшедшие дивиденты!

Сергей Варис, SKELET-info


fb Мы в Twitter RSS

материалы


fb Мы в Twitter RSS

хроника